Из архивов, похищенных мыше-биндеровскими дронами.
- Где этот карликовый алконавт, где эта гребаная обдолбанная болонка?
Разъяренный Вован Вованыч нервно описывал круги по кабинету. Его альтер эго Дмитрий Анатольевич Медведев опять наговорил несанкционированной ерунды. Высокий ворс ковра смягчал грохот каблуков президента. Даже в бункере лидер нации предпочитал казаться выше.
Наконец двое офицеров из охраны приволокли обмякшее тело Медведева. Усадив Дмитрия Анатольевича на кушетку а ля мадам Рекамье, добры молодцы с каменными лицами тихо удалились за дверь. Медведев икнул и довольно заржал. Воздух немедленно наполнился взрывоопасными испарениями спирта.
- Ах ты синекнижник обкуренный! - Вован Вованыч уже занес руку для плюхи, но внезапно осекся.
Было что-то трогательное, детское, наивное в щекастом лице Дмитрия Анатольевича, в его затуманенном взгляде побитой собаки и поджатых губах. Вован Вованыч невольно вспомнил, как целовал гладкий животик мальчика Никиты, и потом еще другого мальчика, возбуждающе распятого в маечке и трусиках… Жадно взглотнув, президент почувствовал, как жаром опалило чресла. Это подзабытое ощущение так удивило Вован Вованыча, что на несколько секунд он замер, но потом решительно спустил штаны, исподнее и ухватил Медведева за затылок.
Дмитрий Анатольевич не возражал, напротив, довольно зачмокал губами. Возможно, в измененном сознании он перепутал страсть Вован Вованыча с горлышком бутылки со спиртным. Путина это не смутило, резкими рывками он приближался к вершинам наслаждения, когда дверь внезапно распахнулась. В дверном проеме смущенно переменился с ноги на ногу Виктор Орбан.
- Ну вот, теперь мне придется убрать свидетеля, полетишь, как Качинский, - со свойственным ему юмором пошутил Вован Вованыч.
- Зачем же свидетеля, соучастника! - не растерялся Орбан, и внезапно начал исполнять стриптиз.
Ослабив галстук респектабельного цвета, он извивался, как Джулия Робертс в фильме «Красотка». В воздух полетели пиджак, рубашка, брюки, ботинки и виртуозно подброшенные носки. Под строгим костюмом на упитанном теле венгерского премьера обнаружились кокетливые труселя с прозрачными вставками. Вован Вованыч замер от изумления.
От образовавшейся тишины Дмитрий Анатольевич умудрился захрапеть. Похоже, теперь он перепутал страсть Вован Вованыча с пустышкой и причмокивая, умильно пускал пузыри. Вован Вованыч брезгливо изъял свой организм из Медведева, и, путаясь в штанах, подошел к Орбану.
- Знаю я, чего ты хочешь, скотина продажная, - обиженно произнес Путин и начал совать доллары в трусы Орбана. Тот, как заправский стриптизер, извивался вокруг стула. Вован Вованыч окончательно стащил штаны, вынул из них ремень и внезапно со всей дури огрел Обрана по заднице. Виктор от неожиданности взвизгнул, но присутствия духа не утратил.
- О, я зналь, это рузкий пословица, - бормотал он себе под нос. - Бьеть, значит любить! Дафай, ВладимИр, ты горячи, как мадьяр!
- Будешь знать, будешь знать, как выставлять русский банк на улицу, - рычал Вован Вованыч и продолжал ловко орудовать ремнем. Задница Орбана становилась красной, как любимые мухоморы Медведева.
Дмитрий Анатольевич от шума пришел в себя на кушетке.
- Мир, открыв рот и испытывая лёгкий рвотный рефлекс, смотрит на многочисленные испражнения западных СМИ про то, «кто же всё-таки взорвал “Северные потоки”». И вправду: кто же подставил кролика Роджера? - Произнес он с важным видом и блеванул в хрустальную вазу с фруктами.
Тем временем Вован Вованыч, окончательно умаявшись поркой, подошел к ягодицам Орбана вплотную и приступил к решительным действиям. Доллары разлетелись веером, Орбан томно застонал.
- Если убить всех украинцев, то война прекратится, - декламировал он, прерываемый толчками. - Украина в финансовом плане — это несуществующая страна. О да, не останавливайся! У неё был резкий спад в экономических показателях, что совершенно понятно. Она не может сама себя финансировать! О, даааа!
Потом они менялись ролями, и уже Виктор Орбан больно оттаскал Вован Вованыча за пересаженные волосы на голове и не только. Это было началом большой любви. Под конец разомлевшие партнеры решили усыновить Дмитрия Анатольевича. Тот не возражал, тем более, что рот его традиционно был занят.
После бурной ночи
У него вот такой, ну то есть, огромный!
Ну вы сравнили х... с пальцем! И палец тоже не совал!
Автор