Самоцветы исконно рабочей поэзии

[_Ёрш_]

 Эх,трудари...А я вот даже двух строк связать не могу,всё время какая-то похабщина получается..:рапортуй-пиздуй,мысли полёт-ёбаный в рот,вперёд к комунизьму-в жопу тебе клизьму и т.д.Ну какие ж это стихи,граждане,ась?Хуйня это,а не стихи... :pere:А что делать,блять,если других рифм в башку не приходит?

[Офигеев Ёпрст]

Эх,трудари...А я вот даже двух строк связать не могу,всё время какая-то похабщина получается..:рапортуй-пиздуй,мысли полёт-ёбаный в рот,вперёд к комунизьму-в жопу тебе клизьму и т.д.Ну какие ж это стихи,граждане,ась?Хуйня это,а не стихи... :pere:А что делать,блять,если других рифм в башку не приходит?

не апгарчайся, Рыб! у миня тажа история. пралитарская рифма - ана далжонная даставать трударя да пичёнак, мудей и прочига ливиру а патаму:

Из пездни не выкинеш слова
Пра хуй, пра писду, пра гамно,
И мы буим снова сурова
Писать, "в рот ебись", сё рамно!

Врагов посылаем мы нА хуй,
Друзей посылаем в писду!
Наш Путен Великий да здрахуй!
Воистину СЛАВА ТРУДУ!

Ты могеш и не быть поэтом,
Как Сеня, Истоков и я,
Но если не пишиш аб этам,
Тада не пизди ни хуя!

[_Ёрш_]

Из пездни не выкинеш слова
Пра хуй, пра писду, пра гамно,
И мы буим снова сурова
Писать, "в рот ебись", сё рамно!

Врагов посылаем мы нА хуй,
Друзей посылаем в писду!
Наш Путен Великий да здрахуй!
Воистину СЛАВА ТРУДУ!

Ты могеш и не быть поэтом,
Как Сеня, Истоков и я,
Но если не пишиш аб этам,
Тада не пизди ни хуя!

Забористо пишешь,т. Охуеев!

[Офигеев Ёпрст]

Из пездни не выкинеш слова
Пра хуй, пра писду, пра гамно,
И мы буим снова сурова
Писать, "в рот ебись", сё рамно!

Врагов посылаем мы нА хуй,
Друзей посылаем в писду!
Наш Путен Великий да здрахуй!
Воистину СЛАВА ТРУДУ!

Ты могеш и не быть поэтом,
Как Сеня, Истоков и я,
Но если не пишиш аб этам,
Тада не пизди ни хуя!

Забористо пишешь,т. Охуеев!

спасибки, Рыба дорогая!

[Сеня, начинающий поэт]

АПРЕЛЬСКИЕ ТЕЗИСЫ
Семён Битый

Эх, если б учёным великим я был,
Я б Ленина взял бы и взад оживил,
Бутылок пивных с Ильичём насбирал,
На солнышке вместе вдвоём побухал,

Конкретно с вождём за бухлом посидел,
За жизнь, за политику с ним по.издел.
По бабам знакомым на пару сгулял,
Все прелести жизни вождю показал.

Сказал бы ему: Слышь, Ильич, дорогой,
А хочешь, не глядя, махнуться судьбой?
Смотри, как красиво на воле весной,
Давай-ка, меняйся на шару со мной.

Ильич не дурак, я б его уболтал,
За шкафом свою раскладушку отдал,
Сиди, и статьи в стенгазету пиши:
Тебе ж это в кайф, по веленью души.

И Ленина вместо, не будь дуралей,
Улёгся б на пару недель в Мавзолей,
Кто ж спорит, с собою спиртного бы взял,
В гробу, под матрац, закусон заховол.

Рабочую смену, как есть, отлежал,
За ёлку потом по нужде забежал,
И волен–свободен, стишки сочиняй,
Шмурдяк засоси, иль сальца подрубай.

Нет чистки сортира, нытья Препузасты,
Конспектов и хора, проверок глазастых,
Придирок Трофимыча, клятых партвзносов,
Лежи-отдыхай, ковыряяся в носе.

Не жизнь, а сплошное варенье-малина,
Лежачий курорт, для души именины,
Ни митингов, ни стенгазет, ни ученья,
Мёд - ложкой, сплошная малина-варенье.

А главное, Путин за стенкой, под боком,
Зайти вечерком, забухать ненароком,
Пусть он и начальник, а слова не скажет:
Жильцу Мавзолея – ну кто же откажет?

[Бандерштейн]

На трудовой вахте!     
                    Уклонисту Сене, посвящаецца..

Что ж ты Сеня усатл уже
С пьяну в три смены
Красил помидоры Фаберже
Или в душе перемены?
ПДРС и Путин не спят
Берегут наш пролетарский сон
Всех трудовых парней и дефчат
Пьют и поют в унисон
Выключи телек, газеты в сортир
Нахрен связь с бренным миром
Как завещал Ильич, наш кумир
Переживём все беды с пивом!

(хуйня канешно, но от души!)

[Сеня, начинающий поэт]

ЧЕКИСТ В РОССИИ - БОЛЬШЕ, ЧЕМ ЧЕКИСТ!
Семян Битый

В шинели, словно рыцарь в латах,
Потомок славного Малюты,
Лютей опричника Скуратова
Седой начконтр, товарищ Лютый!

И мечутся, как вши тифозные,
Набились в схрон бандеры злобные,
УПА плевки туберкулёзные,
От рыка Лютого, утробного!

И корчатся от страха потного,
И выступают пятна труповы,
Дрожат от ужаса животного,
От строевого шага Лютого!

Недолго, гады, вам корячиться,
Весь срок - подвал - дым крематория,
От гнева Лютого - не спрячешься,
Раздавим всех в навоз истории!

[Сеня, начинающий поэт]

СВЯТОЙ СУДИЯ
Семён Битый

Он на сироток собирал,
Стоя у церкви на панели,
Копейки нищим посевал,
Наш Робин Гуд, наш львовский Ленин!

Судья, великий и простой,
Библейский камень мирозданья,
Своей небесной добротой
Вошёл в народные преданья.

Всю жизнь он бедным посвятил,
Собрал, на хлеб, немножко денег,
Мильонов десять сколотил –
Калекам, вдовам, многодетным.

Но власть, что газ привыкла красть,
По крохам компру собирала,
Над правдой надругалась всласть -
Тайком Судью арестовала.

Напрасно брызжите слюной
В бессильной злобе, супостаты:
Народный гнев встаёт волной,
Не убежать вам от расплаты!

Пусть в гневе праведном народ
Раздавит гадину больную,
И Зварычу, Судье - споёт
Единым хором – аллилуйю!

[Сеня, начинающий поэт]

ДВАДЦАТЬ ПЕРВОЕ ДЕКАБРЯ
Семён Битый

Нет сердцу русскому священней и дороже,
Нет часовых ответственней и строже,
Чем караул у Ленинской двери,
Где бдят российские бойцы-богатыри!

Мужает молодежь, мечту в себе лелея,
Чтоб с карабином встать у Мавзолея,
Стремится молодежь, упорно и ревниво
В кремлёвский полк чекистского разлива.

Мечта Кремлёвского курсанта горяча –
Взять на ремень у гроба Ильича,
И глыбою застыть на страже тела,
Прищёлкнув голенищами умело.

Почётна вахта в полуденный зной,
Свят караул вечернею порой,
Ответственно при звёздах постоять:
Стоит курсант, хоть спит Отчизна-мать!

На страже воин раннею весной,
Вновь на посту - июньскою жарой,
Дождливой осенью, в печальную пору,
Когда живое прячется в нору.

Но бледны парни, нечем им помочь,
В глухую, страшную,  декабрьскую ночь.
Накрыв крылом короткий зимний день
Длиннейшей ночи наползает тень.

Глуха ночная темень декабря,
Не скоро утро - поздняя заря,
Метели свист и ветра волчий вой,
Стоит курсант, от страха сам не свой.

Как полночь известит курантов бой,
Гранитный скрежет слышен роковой,
Из гроба хладного, весь чёрный, исполин,
Встаёт, покойников усатый властелин.

Сметает плиты, как гранитную печать -
Свой день рождения с друзьями отмечать,
И страшен грохот стылою порой -
То подчинённые встают в костлявый строй.

Один другого гаже и страшней,
Идут толпой прогнившей в Мавзолей,
Где встав из гроба, в саване, Ильич
Читает Кобе - к дню рожденья - спич.

Потом целует, обхватив руками,
Усатый череп мёртвыми губами,
И все покойники, трёхкратным лобызаньем,
Стучат зубами в череп с воздыханьем.

Скрипучим голосом, охрипло-вдохновлённым,
Поют «Вставай, проклятьем заклеймённый!»,
Тряся безглазыми, пустыми черепами
Стуча когтистыми, изгнившими руками.

И только под курантов три удара
Бредут назад, костлявой жуткой хмарой.
Царапая когтями снег и лёд,
Ползёт к могилам жуткий хоровод.

И честь отдав, под плит гранитный стук,
На год в могилах пропадают вдруг,
Чтоб пролежав до декабря в забвеньи,
Встречать Хозяина посмертный день рожденья.

Вслед - разводящие, от ветра пряча лица,
Крадутся робкою печальной вереницей,
Ни выдохнуть, ни кашлянуть не смея,
На цыпочках, ко входу Мавзолея,

Уносят бережно, от ужаса немея,
Два трупа хладных подле Мавзолея,
Седых как мел, с лицом, как из белила,
С рукой, застывшею на ложе карабина.

Страшны товарищи, умершие от страха,
Расхристанны шинелька и рубаха,
Смят горла хрящ, изгрызен спереди,
И сердце съедено в разорванной груди.

А мать получит гроб с уведомленьем,
Что сын-герой погиб при исполненьи,
И военком - сухой приказ в конверте,
Чтоб гроб не открывал - под страхом смерти.

[Сеня, начинающий поэт]

То он Ксюша просто тверёзый сёдни. Тока тока 8 Марта празновать вчера закончел. Тока так кумекаю рано радоватца. Боюся он завтра сутреца День космонавтеки празновать начнёт.

Правельно товареш Чкалов! Так иму Сене и надо! Восгордился больно. Сортир второй день ни чистит. Макулотару ни здаёт. Пяный валяетца. Говорит энто у нево творческий запой. Говорит стешок к 70 летею товареша Лютова песал. Смотри Сеня товареш Лютый стешок похвалет спасибо скажет а потом растреляет за здорово жевёш. Иди Сеня сортир чисть и ни выпендревайся. А то!

ОТВЕТ ПОЭТА КЛЕВЕТНИКАМ
Семён Битый

По улице мелкая шавка бежит,
Под лавкою Сеня упитый лежит.
Собачка зловредная ножку подняла,
Трусливо полаяла – и убежала.

Наутро проспится великий пиит
И новый бессмертный шедевр сотворит,
Стихами его восхитится народ,
Забыв про собачку смешной эпизод.

Восславится имя поэта в веках,
А шавка - пойдёт на сырьё скорняка.
Поэт обоссатый портки отстирает,
А имя собачки – никто не узнает.

Пусть хает таланта жлобьё до усрачки,
Ничтожней оно той безвестной собачки.

[Дормидонт Вахрамеев]

То он Ксюша просто тверёзый сёдни. Тока тока 8 Марта празновать вчера закончел. Тока так кумекаю рано радоватца. Боюся он завтра сутреца День космонавтеки празновать начнёт.

Правельно товареш Чкалов! Так иму Сене и надо! Восгордился больно. Сортир второй день ни чистит. Макулотару ни здаёт. Пяный валяетца. Говорит энто у нево творческий запой. Говорит стешок к 70 летею товареша Лютова песал. Смотри Сеня товареш Лютый стешок похвалет спасибо скажет а потом растреляет за здорово жевёш. Иди Сеня сортир чисть и ни выпендревайся. А то!

Респект, Сеня!



ОТВЕТ ПОЭТА КЛЕВЕТНИКАМ
Семён Битый

По улице мелкая шавка бежит,
Под лавкою Сеня упитый лежит.
Собачка зловредная ножку подняла,
Трусливо полаяла – и убежала.

Наутро проспится великий пиит
И новый бессмертный шедевр сотворит,
Стихами его восхитится народ,
Забыв про собачку смешной эпизод.

Восславится имя поэта в веках,
А шавка - пойдёт на сырьё скорняка.
Поэт обоссатый портки отстирает,
А имя собачки – никто не узнает.

Пусть хает таланта жлобьё до усрачки,
Ничтожней оно той безвестной собачки.

[Артем ЧКалов]

...Ильич не дурак, я б его уболтал,
За шкафом свою раскладушку отдал,
Сиди, и статьи в стенгазету пиши:
Тебе ж это в кайф, по веленью души.
-----------------------------------
Нет чистки сортира, нытья Препузасты,
Конспектов и хора, проверок глазастых,
Придирок Трофимыча, клятых партвзносов,
Лежи-отдыхай, ковыряяся в носе.

Так иму Сене и надо! Восгордился больно. Сортир второй день ни чистит. Макулотару ни здаёт. Пяный валяетца. Говорит энто у нево творческий запой. Говорит стешок к 70 летею товареша Лютова песал. Смотри Сеня товареш Лютый стешок похвалет спасибо скажет а потом растреляет за здорово жевёш. /quote]
====================================================================

По улице мелкая шавка бежит,
Под лавкою Сеня упитый лежит.
Собачка зловредная ножку подняла,
Трусливо полаяла – и убежала.

Наутро проспится великий пиит
И новый бессмертный шедевр сотворит,
Стихами его восхитится народ,
Забыв про собачку смешной эпизод.

==========================================

По улице мелкая шавка бежит,
Под лавкою Сеня убитый лежит.
Собачка зловредная ножку подняла,
На трупа пописяла и убежала.

Две дырки во лбу от нагана зияют,
На несколько метров портянки воняют,
В застывшей улыбке скорчился рот,
А рядом – стихов недописан блокнот.

В бушлате, в кармане лежит партбилет,
Но в нём только взносов уплаченных нет.
Наутро найдётся великий пиит,
Но новый шедевр он не сотворит.

Стихами его восхитится народ,
Забыв про собачку смешной эпизод.
Но вот только шавка – и дальше живёт,
А что с тем поэтом – её не ебёт

Да здравствуют митинги и стенгазеты,
И классиков наших немые портреты,
Живое ученье вождей корчмаризма,
Которым гордится родная Отчизна.

Друг другу поможем, готовя доносы,
Да здравствует Лютый,  партийные взносы,
Конспекты и хоры, нытьё Препузасты
Придирки Трофимыча, проверки глазастых.

Так лучше стихи в стенгазету писать,
Чем  в гробике там незабвенно лежать.

[Сеня, начинающий поэт]

Как, скотская жизнь, ты убого груба,
Опять искушает обманка-судьба,
Опять окружает стальная труба,
Опять превращают поэта – в раба!

Ты снова один – у расстрельной стены,
И злобные хари из тени видны,
Взлетевши средь пены болотной волны,
Вы все раболепством смертельно больны!

Но пусть позади – вся в потёках стена,
И тянут на дно обитатели дна,
Мне искорка правды во мраке видна,
Спасаешь меня ты одна, лишь одна.

Наивна слепая о счастье мечта,
Награда за страсть – лишь одна пустота,
От смерти не спрячет тщеты суета,
Лишь хрупкая истина и красота.

[Фёдор Трофимыч, слесарь]

Што Сеня здрейфел? Быстро хмель слетел? Спужался товареша Члена Палитсовета? Он товареш Чкалов срузу забегал боитца што растреляют так сразу правельный стешок напесал. Што оранжевые хари окружили гады. И што одна надежда на правдивое ученее товареша Корчмаря и на красивый портрет товареша Путена.

Смотри у нас Сенька! Правельныи стешки пеши! А будеш глупыи вредныи стешки песать сразу товарешу Лютому сообшим! И ни прячся пот раскладушку ни поможет. За ноги выташем и Органам здадим!

[Артем ЧКалов]

Как, скотская жизнь, ты убого груба,
Но пусть позади – вся в потёках стена,
И тянут на дно обитатели дна,
Мне искорка правды во мраке видна,
Спасаешь меня ты одна, лишь одна.

Та искорка правды – завет Корчмара,
Дорогу нам всем осияет она.
Врагом победим, и сплочённый народ
Закроет врагам всем неистовый рот.

Под знаменем Путина освободим
Грузинов, хохлов, молдаван, осетин...
В.В. русофобов с пути всех сотрёт,
Да здравствует Путин! Фашизм не пройдёт!

[Красный Ворон]

С праздником советской космонавтики,дорогие товарищи!

Открываем праздничный концерт
Подпевайте, товарищи. Смелее, не стесняйтесь.

Я верю друзья
Музыка: Оскар Фельцман Слова: В. Войнович


Заправлены в планшеты космические карты,
И штурман уточняет в последний раз маршрут.
Давайте-ка, ребята, споёмте  перед стартом,
У нас ещё в запасе четырнадцать минут.

Припев:
Я верю, друзья, караваны ракет
Помчат нас вперёд от звезды до звезды.
На пыльных тропинках далёких планет
Останутся наши следы.
На пыльных тропинках далёких планет
Останутся наши следы!

Когда-нибудь с годами припомним мы с друзьями,
Как по дорогам звёздным вели мы первый путь,
Как первыми сумели достичь заветной цели
И на родную Землю со стороны взглянуть.

Припев.

Давно нас ожидают далёкие планеты,
Холодные планеты, безмолвные поля.
Но ни одна планета не ждёт нас так, как эта,
Планета дорогая по имени Земля.

Припев.

1960




Капитаны межпланетных кораблей
Музыка: Эдуард Колмановский Слова: Н. Добронравов, С. Гребенников


К дальним звёздам летели герои
Со страниц фантастических книг.
Как с тобой нам хотелось, хотелось порою
Быть похожими в жизни на них!

Припев:
Мчатся к звёздам сквозь туманы
С верной песней, с верной песнею своей --
В путь-дорогу, в путь-дорогу, капитаны,
В путь-дорогу, в путь-дорогу, капитаны,
В путь-дорогу, в путь-дорогу,
Капитаны межпланетных кораблей!

В небо спутник направили люди.
Нас пока на него не берут.
Так пускай нашим спутником, спутником будет
Вдохновенный и радостный труд!

Припев

Час придёт, и по звёздным просторам
Мы ракеты свои поведём!
На седые безмолвные лунные горы
С комсомольской путёвкой придём!

Припев

1957



На Марсе будут яблони цвести
Музыка: В. Мурадели Слова: Е. Долматовский


Жить и верить - это замечательно.
Перед нами - небывалые пути:
Утверждают космонавты и мечтатели,
Что на Марсе будут яблони цвести.

Хорошо, когда с тобой товарищи,
Всю вселенную проехать и пройти,
Звёзды встретятся с Землёю расцветающей
И на Марсе будут яблони цвести.

Я со звёздами сдружился дальними,
Не волнуйся обо мне и не грусти.
Покидая нашу Землю обещали мы,
Что на Марсе будут яблони цвести!


И последняя в сегодняшнем концерте песня, товарищи, по многочисленным заявкам  трудящихся:

Марш коммунистических бригад
Музыка: А. Новиков Слова: В. Харитонов


Будет людям счастье,
Счастье на века;
У Советской Власти
Сила велика!

Припев:
Сегодня мы не на параде,
Мы к коммунизму на пути.
В коммунистической бригаде
С нами Ленин впереди!

Мы везде, где трудно
Дорог каждый час,
Трудовые будни -
Праздники для нас.

Припев.

Если дали слово,
Мы не подведем,
Солнце жизни новой
Мы на земле зажжем!

Припев.

Будет людям счастье,
Счастье на века;
У Советской Власти
Сила велика!

Припев:
Сегодня мы не на параде,
Мы к коммунизму на пути.
В коммунистической бригаде
С нами Ленин впереди!

[Фёдор Трофимыч, слесарь]

Малодец Красная Ворона красивыи стешки и песенки напесала. Смотри Сеня ты такии ни умееш. Учись Сеня у Красной Вороны во баба грузинская талант какии песенки сама песать умеет.

[Ветеран органов]

Как, скотская жизнь, ты убого груба,
Но пусть позади – вся в потёках стена,
И тянут на дно обитатели дна,
Мне искорка правды во мраке видна,
Спасаешь меня ты одна, лишь одна.

Та искорка правды – завет Корчмара,
Дорогу нам всем осияет она.
Врагом победим, и сплочённый народ
Закроет врагам всем неистовый рот.

Под знаменем Путина освободим
Грузинов, хохлов, молдаван, осетин...
В.В. русофобов с пути всех сотрёт,
Да здравствует Путин! Фашизм не пройдёт!

Внимательно слежу за Вашим возмужанием на посту члена Политсовета, товарищ Чкалов. Рад за тебя, сынок. Грамотно ты уже научился с писательской средой управляться.

Тоже пришлось в своё время с этим отребьем повозюкаться. Где-то в конце сороковых назначили меня куратором от Органов в краевое отделение Союза советских писателей.

Ты, пожалуй, лучше всех меня поймёшь: первое время хотелось всех до одного к стенке поставить. Одни вообще гандоны без просвета, к кормушке лезут, а таланта за душой – ноль, по головам лезут, доносы каждый день на товарищей пишут – замучаешься подшивать.

Другие – закоренелые враги народа. Строчит, собака, вирш про товарища Сталина, а сам, гнида, кукиш в кармане держит. И старается гонор свой показать, мол, прыщ я целый на фоне остальных бездарей. Бывало, общаешься с таким, и рука к нагану тянется. Поверишь, патроны из барабана в ящик стола перед профилактической беседой ссыпал – боялся, что нервы не выдержат.

Потом как-то всё наладил. Рассортировал всё это писательское кубло на четыре сорта. Отсёк самых дубоголовых, от этих вреда больше, чем пользы – и в лагеря. Меньше стало всяких ЧП, а то такую хренотень порой эти дебилы пилили – хоть смейся, хоть плачь, в сортире стишки и то покачественней будут.

Один раз чуть сам под статью с таким не залетел. Умудрился этот унтер Пришибеев обозвать в стихах товарища Сталина сатрапом. Хорошо, корректор из бывших оказался, не пропустил, вовремя успел. Посадил я этого мудака перед собой, спрашиваю: - Ты, мудило, хоть знаешь, что такое «сатрап»? – Знаю, - отвечает - это камень такой драгоценный.

Сатрапа, идиот, с сапфиром спутал. Упёк мудака на пятнадцать лет – пускай за тачкой с кайлом грамоте подучится.

А с другой стороны реестра отсёк всяких умников, которые слишком о себе возомнили. Нет, чтобы простым русским языком писать, так они западникам стали подражать и всяким старорусским эмигрантом. Туману словесного поднапустят, а за туманом вражеская харя виднеется.

От этих гадюк всего можно было ожидать. Блоки недорезанные, ввернут какой оборот в стишок – хрен разберёшь, то ли он вправду гиперболизирует, то ли тонко над Партией издевается. Короче, кого в лагеря, кого - на поселение, в зависимости от гнилости.

Осталось два сорта, одни дубы с проблеском, пишут тупо, скучно, серо, но правильно. Штамповка, проще говоря, ширпотреб для трудящихся. Но от них хоть подвоха не ожидаешь. Гонят добросовестно план и не выкоряживаются.

И ещё оставил с десяток гонористых, вроде Сени твоего Битого. Эти – наши, правильные, но тоже о себе мнят много. Такие тоже нужны, особенно к революционным праздникам и юбилеям – чтоб не совсем уже туфта третьесортная выходила.

С этими кнут и пряник нужен. Правильно пишет – ты ему паёк дополнительный, путёвку в Дом писателя, квартирку получше. Начинает нос задирать – на профилактическую беседу, не дошло – печатать перестать, на писательские слёты не посылать, доппайка лишить.

Глядишь, и образумился, к ноге прижался, хвостом виляет. Потреплешь такого, исправившегося, по морде, мол, молодец, Бобик, пиши дальше, но впредь огрызаться не смей. И на цепь его. Ну а в миску косточек подкинешь, пожирнее – за верность.

Ничего, сынок, всему научишься, и этим писательским колхозом управлять, тоже. У тебя уже неплохо получается, верю, толк из тебя выйдет, есть в тебе наша, чекистская, хватка.

С уважением, Вилен Резцов

[Бандерштейн]

Нам тут внушают четко,
Что плохо нам с Путей живется...
Пусть в Израиле бунтуют...
Раз им всегда не ймется...

И не в склад и не влад
Поцелуй дрова в жывот
Заценить стишок бы рад
Да меж строчками урод
От берёзы, дорогой
Бабок не получишь
Разве соку наточить
И с похмелья глушишь!

[Ірена Карпа]

DEVOTED TO MR SENYA

Я БОЛЬШЕ НЕ ПИШУ СТИХОВ,
ЗАЧЕМ ПЕРЕБИРАТЬ СЛОВАМИ,
КОЛИ ВСЁ СКАЗАНО ДАВНО
ЕЩЁ ЗАДОЛГО ДО НАС С ВАМИ/

LJDJKMYJ!
ПОЭМ Я БОЛЕ НЕ ЧЕШУ,
ЗАЧЕМ КУРАЖИТЬ ЗЛУЮ ДУШУ -
НИ ЧУВСТВА В НЕЙ,
НИ МЫСЛИ НЕТ,
ЛИШЬ рифмы ПРОСЯТСЯ НАРУЖУ.

УЖ ДАМАМ БОЛЕ НЕ ПОЮ -
ИМ ПЕТЬ НЕ НАДОБНО-
Я ЗНАЮ.
ТЕПЕРЬ ЧЕМ СПЕТЬ ПЕЧАЛЬ СВОЮ,
ЧЕГО ПОКРУЧЕ ПРЕДЛАГАЮ.

ВСЁ Ж НЕ УМРУ Я КАК ПОЭТ,
И ВОТ БЕССМЕРТИЯ ПРИЧИНА:
О, СКОЛЬКО В КНИГАХ ЧИСТЫХ МЕСТ
ОСТАВИТ ВСЕМ МОЯ КОНЧИНА!