Самоцветы исконно рабочей поэзии

[Сеня, начинающий поэт]

НА БОЛОТАХ

Эх, Болота,
Грязь да мороз,
Муж алкаш - сволота,
С пьянки красный нос,

Жёнка Нинка
Знай голосит,
На стене картинка
Путина висит,

А сынок уж на кладбИще -
Рыдает бабИща,
Над могилкой ветер свищет -
Так надо -  война...

Дочка, дура,
В шлюхи подалась,
Всё бухло - халтура,
И в избёнке грязь,

Нет работы,
В США сбежал буржуй,
В голове нудота,
А в кармане - х*й,

Телик злобный
На весь дом орёт,
Кот голодный
В тапки, сволочь, срёт,

Дни тоскливые мелькают,
В избёнке бухают,
Нафига живут - не знают,
Такая страна...

 

[Сеня, начинающий поэт]

О, Ксюша милая, как ты?
Безмерно по тебе скучал,
И вновь нахлынули мечты,
Когда твой голос зазвучал,

Мы в прежней лодке, я и ты,
Плывём по сказочной реке,
О, дева чудной красоты,
Твоя рука - в моей руке,

Твои глаза ласкают взор,
А ножки - чувств адреналин,
И ангелов ликует хор:
Ты не один, ты не один!

[Сеня, начинающий поэт]

У меня на так складно, как у Сенечки, но чуйствительно!

Погиб Вован, невольник ханки,
Упал, подкошен, как орел.
Детям не купит больше манки,
В полях ЛДНР сражен.

С свинцом в груди и жаждой мести,
Поникнув головой в пакет,
Лежит в грунтах, лишенный чести,
Воронам отдан на обед.

Детишки плачут по папане,
Его им больше не видать.
А безутешной жонке Мане
Пора уж выплаты давать...
...

Погиб херой, укропы злые
Над ним смеются, как хотят,
Но други, зеки удалые,
За смерть хероя отмстят:

Семье хероя холодильник
Отправят, вышлют унитаз,
Покойся с миром, именинник,
Ты жизнь свою отдАл за нас,

За Путина и за Отчизну
Тебя сжевал бездомный пёс,
И пусть вороны правят тризну,
Семье ты счастие принёс!


 

[Сеня, начинающий поэт]

ЗА ЧТО?

Зловредные порохоботы
Отправили Подъезд в тюрьму,
Схватили узников свободы
И бросили на смерть, во тьму.

Шесть лет страдали педересы
От повторений "Кобзаря",
Стреляли мовой в них дантесы
И "паляныцею" - всё зря:

Туннель прорыла Степанида,
За годы те, полтыщи вёрст,
Утёрлись пороскоты, гниды -
Прорыла б тыщу - не вопрос.

Ещё беда: пока в неволе
Томились Корчмара сыны,
Подонки сбросили пароли -
Трагедия страшней войны.

Сам Путин повелел подонкам:
Подъезд на Форум - допустить,
Врагов - подвергуть перековке,
Прошенье вымолят - простить.

И вот опять мы снова вместе,
Одна кaцaпcкaя семья,
Как куры рядом на насесте,
Как свиньи в хлеве - ты да я!


 

[Сеня, начинающий поэт]

О, Ксюша милая, как ты?
Безмерно по тебе скучал

Вспоминала, улыбалась,
Зачиталась и осталась.

Снова резвые мечты,
Сеня, расскажи, как ты?

Рада радости твоей,
Обниму тебя сильней. 

Отвечу прозой, Ксюшенька, так как Препузаста не дала денег на похмел, а я на тверёзую голову с Эвтерпой не дружен. Шесть лет назад злобные порохоботы по наводке предателя схватили часть активистов Пятого подъезда и поместили в свою подземную тюрьму. Как они там издевались, ни в каких стихах не описать: мову заставляли учить, "Ще не вмерла" петь, "Заповіт" читать,  "Кропивницькі паляниці зі смаком полуниці продаються у крамниці біля Укрзалізниці" скороговоркой произносить...
Но всё это время Степанида Шпала рыла туннель по которому мы и сбежали, правда, из-за отсутствия подземного компаса не на освобождённую от укрАинских оккупантов территорию Украины, как собирались, а в лесную чащу где-то на севере ещё не освобождённой Киевской области. Связались сразу по телефону с Антошей Суровым, который все эти годы был на связи с Политсоветом и бессменно охранял наш подвал в Рабочем общежитии. По заданию Политсовета вырыли землянку и занимаемся распространением среди местного населения панических слухов о скором освобождении Киева Российской Освободительной армией.
Хуже всего что предатель, затесавшийся в ряды ПДРС, шесть лет назад обнулил все пароли Пятого подъезда на Рабочем форуме. Недавно пароли восстановили, и мы дружной струёй фиолетового цвета влились в полноводную реку Рабочего движения.
Здоровья после плена никакого, делаю брагу из берёзовой коры, лечу душу и тело.
Как ты, солнышко? Всё так же прекрасна душой и телом? 

[Сеня, начинающий поэт]

Кстати, очень понравилось твоё фото на Доске почёта:



http://pdrs.dp.ua/doska/index.php?topic=5329.msg74744#msg74744

[Сеня, начинающий поэт]

Всё можно пережить, но это...
Теплом начальства обогрета,
Прислужница Политсовета,
Нахальнее, чем Тунберг Грета...

Особая злодеев каста,
Хитра, очкаста и глазаста,
Кусуча, злобна, загрызаста,
Знакомьтесь: дура Препузаста.

Все взносы вытянет, как клещ,
Ты для неё не друг, а вещь,
Не даст копейки на похмел,
Спасайся, брат, покуда цел!

 

[Препузаста Пряникова]

Сам дурак!

[Сеня, начинающий поэт]

Ужас какой! Меня тоже целый год ихними конфетами пытали. Раскармливали! Потом я вырвалась на освобожденные территории, хоть прошла детокс на лебеде. Надо и вам вырываться, столько лет мечтали!

Подушечки, с продмага уценёнка,
Заветный рай советского ребёнка,
А если пососать их с молоком,
Вот этот липкий и небесно вкусный ком...

Грузинский чай раз в третий заварить,
Подушечку "вприкус" чайком запить,
Или с соседским Васькой обменять
На фантики от "Белочки", штук пять...

В получки день - сосулька "Барбарис",
На Новый год - "Коровка" и "Кис-кис",
А на "7-е" - "Ну-ка отними!" -
Советское забытое "ми-ми"...

А что сейчас? "Рошеновский" отстой,
По вкусу как опилки с берестой,
От них изжога с рвотой пополам...
Куда вы дели славный детский храм?

Верните взад мне детства нежный вкус,
Подушечек на блюдце липкий кус,
И облака, и солнца яркий свет...
А заодно - с полсотни лишних лет.

 

[Сеня, начинающий поэт]

НА ВОЛНЕ А.С. ПУШКИНА

- Милорд Антон, им, черни, не понять
Тот вкус небесный, что богам отрада,
- Старайтесь, сударь, вашу скорбь унять
По поводу безграмотного стада.

- Ах, граф Потап, так нежненько пошло,
Нет ничего вкуснее стекломоя,
-  А то, милорд, пейзаны - это зло,
Им не понять, как сладко выпить стоя.

- Бифштекс, барон, прекрасное амбре,
От петуха завяленная гузка,
Нашёл на днях в собачьей конуре,
Под стекломой - чудесная закуска.

- Возьмите, граф, отменнейший сырок,
В углу на полке чудом завалялся,
Всего полгода, как просрочен срок,
Кот есть не стал, лишь лапой поигрался.

Так на ступеньках между этажей
Общались трое восхитительных мужей,
Сидели в трениках, бухали из горлА,
А рядом жизнь бесчувственно текла.

 

[Сеня, начинающий поэт]

"Листая старую тетрадь..." (с)

ЦРУШНЫЙ ПРИХВОСТЕНЬ ВНОВЬ РАСКРЫТ И ОБЕЗВРЕЖЕН!
(стишку 13 лет)

В мрачном натовском подвале, где – узнаешь ты едва ли,
Возвратившись из Цхинвали, совещалось ЦРУ,
И под куполом бетонным, рядом с бомбой мегатонной,
План наметили зловонный –
Против Путена игру.

Знал подвал зловещий этот сверхсекретные ответы,
Например, как на котлеты ССР враз развалить,
Иль как Ющенко, агента, црушным резидентом
Нагло в кресло президента
За доллЯры усадить.

И теперь собрались гады на таемную нараду,
Как доставить НАТЕ радость, как Донбасс врагу отдать,
Обендерить биомассу, отучить от щей и кваса,
Нефтегазовую кассу –
От России оторвать.

Выступал с разгромным планом тайный ставленник Обамы,
Залепивший скотчем раны самый тот Ланкастер Джон,
Что был пойман и развенчан, был расстрелян и повешен,
Но клонирован, воскрешен,
Иль, быть может – воскрешён.

Ющ для плана не подходит – в шкарах фраером не ходит,
С блатняком не хороводит, «не в законе» – не у дел,
Нужен здесь конкретный кореш, загребущий хам, нувориш,
Чтоб цедил «брателло, гонишь»,
Чтоб в тюрьме – хоть раз сидел.

Выбрали полупахана, ссученного Витьку Хама,
Чтоб смотрелся без обмана, воровал и срок мотал,
Быковал, по фене ботал, в гараже бугром работал,
В бане мылся по субботам,
Чтоб Ахметову читал,

Но под каскою рабочей прятал он xoxлячьи очи,
Не бухал и днём, и ночью, хоть под свойского косил,
Чтоб толкал xoxлoв в Европу, протоптал до НАТО тропы,
Под фуфайкой с Азиопы –
Вышиванку чтоб носил.

Но кремлёвский Вова Путен не прогавил ни минуты,
Разорвал злодеев путы, план шпионский раскусил,
И гебешный поп Кирилло, распушив над Хамом крыла,
Как бы НАТО не дурило,
В свою веру обратил.

Взад завгар перевербован, батюшкою расколдован,
Подчинён гебисту Вове, обещался жизнь отдать,
Чтобы Флот в Крыму оставить, присягнуть Кремлю заставить,
Речь российскую восславить,
И «трубу» – России сдать!

 

[Сеня, начинающий поэт]

"Листая старую тетрадь" (с)

СВЯТОЙ ОТЕЦ
(стишку 13 лет)

Кольцо в носу, и перья в голове -
Священный знак шамана-людоеда,
Святой отец в припадке на траве
В падучей бьётся, снадобья отведав,

И племя в ужасе на пузо пало вшмяк
Пред пеной клочьями и рёвом каннибала,
Шаман - от бога, воин знает всяк -
Посланец неба он, ни много и ни мало,

И не соседей запросто сжевать -
Нет, волю божию священник изрыгает,
Вставай, народ, за веру воевать -
Святой отец в припадке призывает!

Шаман привычно племя возбудил -
Сожрать живьём соседское селенье,
За это вождь от пуза наградил -
Казан печёнки - божье объеденье.

Сидит священник, внутренности жрёт,
Жир вытирает, пукает, икает,
В башке процесс мыслительный идёт -
О будущем святой отец мечтает,

Как выбьется в верховные жрецы,
Наденет освящённые одежды,
В краю небесном - деды и отцы
Свершат его великие надежды,

В окрУге племена объединит,
Всех божьей карою умело запугает,
Вождей соседских вере подчинит,
Еретиков спалИт и обуздает,

И навсегда в предания войдёт,
В лесной державе всяк о нём прознает...
Вот-вот луна над джунглями взойдёт,
Туман над озером в вечерней дымке тает,

Семь тысяч лет планете предстоит,
Покуда наш, гуманный век настанет,
Стоит над миром палеонтолит,
Сидит шаман под деревом, мечтает.

[Сеня, начинающий поэт]

"Листая старую тетрадь..." (с) Стишок, который мне самому нравится, написан 12 лет назад

ПРОЗЕКТОР

Поэт – патологоанатом
Кумиров ложных, безучастно
Кромсает в фартуке измятом
Божков обманчивых на части,

Где под лощёною обёрткой,
Как скальпелем сдерёшь покровы -
Бесстыдной подлости увёртки
И дикой зависти саркомы,

Где тяга к славе до экстаза,
Где рак духовный без просвета,
Где только гной да метастазы,
А совести - ни грамма нету.

Там, за окном полуподвала,
Толпа поклоны бьёт кумиру,
А здесь - в ошмётках идеалы,
И в злой крови поэта лира.

В прозекторской - усталый вечер,
Грязна душа, на сердце рана,
Сидит поэт, понурив плечи -
И лечит душу - из стакана.

 

[Сеня, начинающий поэт]

Занудливей Толстого нет -
И потому весь белый свет
Его в таланты записал -
Никто не смог, не дочитал

Ни "Анну", ни "Войну и мир",
Оно то да, раздумий пир,
Но максимум - пятьсот страниц,
А после - прыг у койку ниц.

Кто Достоевского читает -
В мозгу извилины считает,
Романов пару усидел -
И черепушка не у дел,

Не настроенье - полный мрак,
Поэтому, коль не дурак,
Попсу по телику смотри -
Излечишься на раз-два-три.

Вот Пушкин - это наш мужик:
Шампанским начинать привык
И им же сутки завершать -
Ну как таланта не читать?

 

[Сеня, начинающий поэт]

ЛЕПО-ТО КАК, БРАТЦЫ!

В колхозе нашем всяк талант -
Есть разбежаться где маэстрам,
Стряпуха Клава лепит тесто
Как не сумеет и Рембрандт,

Тьфу не Рембрандт, читай - Роден,
Рембрандт - то мАляр наш, Серёга,
Художник, без балды, от бога,
Вот только квасит каждый день.

Поэт инкогнито у нас,
Стишками весь сортир украсил
И в клубе так накотовасил -
Краснеют бабы каждый раз.

Писатель - шедевральный Гнат,
Такие сказки всем расскажет,
Когда водяры банку вмажет -
Что не рассказик - то отпад.

А как играет в три струны
Пастух Игнат - коровы плачут,
Бычки в восторге к небу скачут -
Вот где достоинство страны.

А потому шекспирам драным
И чеховым у нас отказ,
Не уговаривайте нас,
На хуторе - простор романам,

Раздолье фугам и стихам.
Приезжим здесь никто не рад -
Пошли вы с репиными в зад,
И не смешите нас, ха-ха!

 

[Сеня, начинающий поэт]

"Листая старую тетрадь..." (с)

ЗА К-К-К-КЛАРУ ЦЕ-ЦЕ-ЦЕ

За милых за женщин всегда готовы
Стакан шмурдяка опрокинуть снова,
Без разницы, праздник иль день рабочий -
Стакан опрокинуть - всегда охочи,

Болит голова и во рту насрАто,
С утра подлечиться? - гудим, ребята,
Опять третий тост? - вроде ж только пили -
За женщин, до дна - и опять налили!

Сливаются дни и мелькают ночи -
Давай разливай - переждать нет мочи,
Какой нынче день? - потеплело вроде,
А помню - гуляли на Новом годе,

Неужто, братаны, весны начало?
За женщин, считаю, сто граммов мало,
За них - по стакану, и только стоя -
За них, за родных - наливай, герои!

 

[Сеня, начинающий поэт]

Как хорошо с благовидным предлогом упиться.
Женщина краше весной, под шмурдяк,
Опадают мимозы...

 

[Сеня, начинающий поэт]

Ксюшенька, правда понравилось. 

В восторге я, душа любви открылась,
И слёзы капают, и музы гимн поют,
И ангелов ласкают сердце крыла,
Ну, как когда сто грамм с утра нальют.

[Сеня, начинающий поэт]

Печальный день сегодня, мужики. 70 лет как Сталин-отец к Ленину-дедушке в гости отправился.
Надо бы накатить!

"Листая старую тетрадь..."

ДВАДЦАТЬ ПЕРВОЕ ДЕКАБРЯ

Нет сердцу русскому священней и дороже,
Нет часовых ответственней и строже,
Чем караул у Ленинской двери,
Где бдят российские бойцы-богатыри!

Мужает мОлодежь, мечту в себе лелея,
Чтоб с карабином встать у Мавзолея,
Стремится мОлодежь, упорно и ревниво
В кремлёвский полк чекистского разлива.

Мечта Кремлёвского курсанта горяча -
Взять на ремень у гроба Ильича,
И глыбою застыть на страже тела,
Прищёлкнув голенищами умело.

Почётна вахта в полудЕнный зной,
Свят караул вечернею порой,
Ответственно при звёздах постоять:
Стоит курсант, хоть спит Отчизна-мать!

На страже воин раннею весной,
Вновь на посту - июньскою жарой,
Дождливой осенью, в печальную пору,
Когда живое прячется в нору.

Но бледны парни, нечем им помочь,
В глухую, страшную,  декабрьскую ночь.
Накрыв крылом короткий зимний день
Длиннейшей ночи наползает тень.

Глуха ночная темень декабря,
Не скоро утро - поздняя заря,
Метели свист и ветра волчий вой,
Стоит курсант, от страха сам не свой.

Как полночь известит курантов бой,
Гранитный скрежет слышен роковой,
Из гроба хладного, весь чёрный, исполин,
Встаёт, покойников усатый властелин.

Сметает плиты, как гранитную печать -
Свой день рождения с друзьями отмечать,
И страшен грохот стылою порой -
То подчинённые встают в костлявый строй.

Один другого гаже и страшней,
Идут толпой прогнившей в Мавзолей,
Где встав из гроба, в саване, Ильич
Читает Кобе - к дню рожденья - спич.

Потом целует, обхватив руками,
Усатый череп мёртвыми губами,
И все покойники, трёхкратным лобызаньем,
Стучат зубами в череп с воздыханьем.

Скрипучим голосом, охрипло-вдохновлённым,
Поют «Вставай, проклятьем заклеймённый!»,
Тряся безглазыми, пустыми черепами
Стуча когтистыми, изгнившими руками.

И только под курантов три удара
Бредут назад, костлявой жуткой хмарой.
Царапая когтями снег и лёд,
Ползёт к могилам жуткий хоровод.

И честь отдав, под плит гранитный стук,
На год в могилах пропадают вдруг,
Чтоб пролежав до декабря в забвеньи,
Встречать Хозяина посмертный день рожденья.

Вслед - разводящие, от ветра пряча лица,
Крадутся робкою печальной вереницей,
Ни выдохнуть, ни кАшлянуть не смея,
На цыпочках, ко входу Мавзолея,

Уносят бережно, от ужаса немея,
Два трупа хладных подле Мавзолея,
Седых как мел, с лицом, как из белила,
С рукой, застывшею на ложе карабина.

Страшны товарищи, умЕршие от страха,
Расхристанны шинелька и рубаха,
Смят горла хрящ, изгрызен спередИ,
И сердце съедено в разорванной груди.

А мать получит гроб с уведомленьем,
Что сын-герой погиб при исполненьи,
И военком - сухой приказ в конверте,
Чтоб гроб не открывал - под страхом смерти.

 

[Сеня, начинающий поэт]

ДВА  ПОЛУБОГА

Как выстрел взгляд, глаза в глаза,
Один мертвец, другой на старте,
Не шелест волн - в степи гроза,
Метели вой в промозглом марте.

Товарищ Путин, не пойму,
Сожгли Европу в термояде?
Не взят Берлин? Но почему?
Войска - в Нью-Йорке на параде?

Ах, Бахмут? Не слыхал о нем,
На карте разглядишь едва ли,
И целый год вы, днём за днём
Вот эту точку штурмовали?

Товарищ Путин, месяц вам,
На всё-про-всё, и в бок вам вилы,
Попомните мои слова:
Просрёте - встану из могилы,

И будет тридцать вам седьмой,
Враз ФСБ вам выбьет зубы,
Об батарею - головой,
Вам ваши методы не любы?

Стих разговор, замолк мертвец,
Полумертвец аж обосрался,
Страдает гопник: "Блин, капец,
Бля, нах*й я в войну ввязался?".

В анналы саммит сей войдёт,
Всё лишнее, как есть, изымут,
Виват вождям споёт народ,
И сериал геройский снимут.