Самоцветы исконно рабочей поэзии

[Сеня, начинающий поэт]

Ах, Кипр, Кипр,
Воздух словно «шипр»,
Ты словно Крым, но с вечною весною,
Песок и солнце, пальмы под скалою,
И яхта, и весёлый с трубкой шкипер,
И чайки над лазурною волною.

Ну почему я не живу в оффшоре,
Какое горе, ах, какое горе,
Фортуна задом пялится, скотина,
Ну почему в кармане ни алтына,
Ну, ни копейки в сигаретном соре,
Лишь отлетела жизни половина.

Всю жизнь на дне,
Уж яйца в седине,
А дальше Крыма ничего не видел,
Ну чем я Бога вечного обидел,
Лишь сыплет снег в облупленном окне,
Да кот голодный дверь лупцует, гнида!

[фармацевт]

И мявкает противно пидарас 

[Свободу 3екам Спецтравмы!]

Урча, скрипит бывалое такси из греческой в турецкую часть Кипра.
Мутит от хереса, нутро настойчиво ждёт "Шипра". Вокруг сиеста, пр0клятое место, сейчас здесь даже водки не купить!

Напрасно съездил, эта работа - для дебилов! Пустое интервью. Такой тупой базар терпеть не в силах!
Хотя... Вакансий нынче нету и для киприотов. Наверное, пойду в привратники к кому-нибудь из офшорорусских патриотов...
И хули делать, здесь без денег - вилы!

Сейчас вернусь домой - начнёт пилить гангрена-Салтычиха: ты, Сеня, лох, и я с тобой - лошиха! В твоих карманах всегда дыры! А переезд, аренда, жрачка, выпивка - за счёт моей квартиры!
И я должен молчать, уткнувшись в стенку тихо, так день за днём в себе выращивая психа...

 Да уж, в Союзе жизнь на 3ападе мне виделась иначе.
Задор горел в душе - вот вырвемся, а значит крутну удачи птицу я в своих руках!...
Но вышло всё увы и ах -
пока что мне, лиричному страдальцу, по три разы на дню выходит процедура - супружница вращает яйцы мне, завистливая дура.
А кот сцыт в тапочки, донецкий джентльмен...

Должно быть, чтоб словить судьбу за талию,
Нам следует рвануть отсель подалее -
надеюсь, в виноградниках Австралии найти наш  радостный купаж!!

[Салтычиха]

Ты узнал в России - ты хохол, не русский
(А ведь "русский" в паспорте стоит).
И, вернувшись, пил день без закуски,
А потом вдруг стал совсем хохол на вид.

Вот на мове говоришь всё чаще,
Скоро-скоро будет "абырвалг".
Значит, видно было людям - ты пропащий,
Ты - не русский, ты - предатель, враг!
 

[фон Шнапс]

Смирись, РФ, идет Кадыров
Набег за буйный вразумлять,
"Не сотвори себе кумиров" -
Ну, в смысле - Путина - сказать.

Забудь Литву: она далече,
Решился навсегда тот спор.
Да Путин сам уж - делать неча -
Слезу имперскую утер.

Ивана Калиты не видно,
Который земли собирал,
А этот - эх, совсем обидно -
Что есть, и то поразбросал.

Войной, надеждами, трудами
Не смог он сдвинуть с места труп,
И вот уж, преданный друзьями,
Сидит в углу, так жалок, туп.

Скажу тебе по-компанейски:
Не надо горестно кричать,
Когда аршином европейским
Тебя мы будем замерять.

[Мастер Баранов]

В телевизоре одни
Тошные гримассы
Что ляшко что бузина
Оба ... (присылайте в редакцию свои варианты окончания стиха)

[Рабочий антилихент]

Оба патриёты!  

[Volyniaka]

http://censor.net.ua/photo_news/239110/regional_pishet_stihi_o_rodnoyi_partii_i_ostrosotsialnyyi_rep_ya_ne_syn_deputata_ya_patsan_rayiona_foto

 

[Яродур Милославский-Свёкл]

<sub>На льдине

Раскололась льдина
И кусок уплыл.
Эх, судьба-скотина,
Если б мог - убил.

Он плывет все дальше,
Как его вернуть?
Льдина-великанша
Может утонуть.

Вдруг перевернется
Айсберг вверх кормой.
Так и распадется...
Где кусок-изгой?

Ты ж, дурак, к Гольфстриму
Прямиком плывешь.
Не величье, силу -
Смерть там обретешь.

Оттепель и слякоть,
Хлюпанье и грязь.
Поздно будет плакать,
В жижу превратясь.

Ты плыви где вьюга,
В нашу сторону,
Чтоб примерзнуть к другу.
"Нет" сказал? Ну-ну...</sub>

 

[Сеня, начинающий поэт]

<sub>Раскололась льдина
И кусок уплыл.
Эх, судьба-скотина,
Если б мог - убил.

Он плывет все дальше,
Как его вернуть?
Льдина-великанша
Может утонуть.

Вдруг перевернется
Айсберг вверх кормой.
Так и распадется...
Где кусок-изгой?</sub>

Поднялись ПэДэРэСов миллионы,
А с ними коммунисты, Регионы -
Народ советский хочет обновленья –
Союз единый, Путина правленья,

И лишь один дурак идет не в ногу -
В ЕС буржуйский выбрал он дорогу,
За евро купленный коварными врагами,
Идет-бредет неверными шагами,

Ему кричат – давай, товарищ, с нами,
Не с ними, не с вонючими козлами,
Что жить мешают нам, советским людям,
Не слышит их пронырливый иуда,

Но ждет его в Европе обнищанье,
Позор, долги, душевные страданья,
Пока в петлю не влезет на осине –
И поделом ему, продажной псине!

[Volyniaka]

Слава савейской медицине (МП)!
Не прошло и месяца, как Сеня опять в строю!
 

[Яродур Милославский-Свёкл]

Слава савейской медицине (МП)!
Не прошло и месяца, как Сеня опять в строю!
 

Однажды человек добыл огонь,
А может, это была обезьяна.
И следом - вновь открытье, самогон
И форма для граненного стакана.

И Фёдорыча человек избрал,
Как плод работы мозга просветленной.
Хороший плод! - И человек стакан достал,
Своим изобретеньем окрыленный...

[Сеня, начинающий поэт]

Ах, лето, лето, море света,
Трава местами зеленеет,
И женщина почти раздета,
Сынок, присевши, в неге млеет.

Берёзки спилены для дела –
Шашлык небесно пахнет дымом,
В кошёлке водочка поспела,
Без водки – не шашлык, вестимо.

Зачем ЕС простому люду,
Там разве отдохнешь, как надо?
А здесь отлить – удобства всюду,
Присесть с газеткой – кустик рядом.

Мы не жлобы – зверью объедки,
Бомжам в подарок стеклотара,
Гуляем, как гуляли предки -
Водяра, закусь с пылу-жару.

Народ советский тянет песни,
Шансон над пляжем завывает,
Как хорошо с друзьями вместе,
Да разве где-то так бывает?

[Ксюша Общак]

На матив Сени Битава, пасторальное

Нарвать падснежкав пучок,
И пофиг, што из Крастнай Книги!
И млеет пад кустом тарчек,
Бандеравцем он крутет фиги!

[Сеня, начинающий поэт]

На матив Сени Битава, пасторальное

Нарвать падснежкав пучок,
И пофиг, што из Крастнай Книги!
И млеет пад кустом тарчек,
Бандеравцем он крутет фиги!

Для советского народа
Круглый год стоит погода:
Если холодно в избе –
Водочки нальют тебе,
Ну а ежели жара –
Шмурдячка хлебнём с утра,
Осенью – портвейн хорош,
А весной – сухарик пьёшь,
Все погоды хороши
Для российской для души!

[Сеня, начинающий поэт]

СЕМЬЯ
Семён Битый

Семья… Как много в этом слове
Чудесных рифм наготове,
Рифм в этом слове дох.я –
Со всем рифмуется Семья.

Она рифмуется с баблом,
С бандитской шоблой за углом,
С ворюгой в джипе дорогом
И с милицейским сапогом.

С ней в рифму – рэкет и наезд,
Златой «быка» на пузе крест
И на златом очке Завгар,
Мать-перемать и перегар.

С Семьёю в рифму – «замолчи»,
«Урыть», «отделать», «замочить»,
«Натырить», «сп..дить», «умыкнуть»,
Наручники, кастет и кнут.

С Семьёй рифмуется шансон,
В снегу «Хюндая» колесо,
Распил бюджета, «тушек» вонь
И в Раде в галстуках бандво.

Но думаю, настанет час
И рифмы сменятся у нас,
Вдруг в рифму станет прокурор,
Арест и «Межигорский вор»,

СИЗО, допрос и протокол,
«Петух» и рваное «очко»,
Параша, нары, третий срок,
«Шмон», пересылка и острог.

[Адольф Гитлер]

я нисагласный, Сень с табою
низзя так плоха пра симъйу
ана ж  агромнийшэй песдою
в момент накройет жысть твайу
песду канешна любит кажный
но молодуйу, с аганьком
ну.. раз, ат силы можыт дважды
ну трижды,, друх. А ШО ПОТОМ?

[Сеня, начинающий поэт]

я нисагласный, Сень с табою
низзя так плоха пра симъйу
ана ж  агромнийшэй песдою
в момент накройет жысть твайу
песду канешна любит кажный
но молодуйу, с аганьком
ну.. раз, ат силы можыт дважды
ну трижды,, друх. А ШО ПОТОМ?

Пою Семью, любовь мою,
В Межгорском что живёт краю,
Что бабки рубит, как топор,
Где все в Семье – на воре вор,

Горжусь Семьёй и чту Семью,
За них с утра до ночи пью,
Виват тебе, - кричу я вслух -
Семейный, Межигорский дух,

Гори, Межгорская звезда,
С тобой - и горе не беда,
С тобой – ликует весь народ,
Плодись, Семья – из года в год!

[Рабочий антилихент]

Товаресчи, ацэните: нашолЪ я nen} в Тырнете вотЪ такия стехуёчьки. Токмо панять нимагу: правильныя ани аль ниправельныя? Ежали энто обЪ аранжывомЪ бесприделе, а "тупой царь" - энто Йусченка  - тахда усё вЪ нихЪ правельно! Токмо хто тадыть имеецца введу подЪ "стоматолохЪомЪ"? 

Пиши поэт, как вся страна,
Тупым царем поделена,
Ведь с этим кланом нам никак нельзя смириться.
Тех, кто полезен гнет нужда,
А богатеет без труда,
Лишь стоматолог - принц, невежда и тупица.

Язык поэта бережет,
Но власть куплеты стережет,
Творец свободного пера, царю угроза.
Там, где свирепствует чума,
И медицина вся пьяна,
Чернеют свежие холмы и сверху роза.

Молчать поэзии нельзя,
Чтоб против черного ферзя,
Поднять униженный народ и возродиться.
Мажорный клан отдать под суд,
И с ним налоговых иуд,
Одеть на вилы «хабаря» и освятиться.

Рифмуйте вольные стихи,
Хоть Вам не нравятся грехи,
Вскормленных подлостью людей, больной державы.
Мы вырвем мусор из избы,
Где мрут хозяйские рабы,
Живое мясо для «семьи» и для забавы.

Мы рассчитаемся за тех,
Кого продали для утех,
Зарыли в яму нищеты и растоптали.
Ответят царь и прокурор,
Народ им выдаст приговор,
За независимость которую украли.

Я обещаю рассказать,
Нациста кто сумел поднять,
Создал фашистское гнездо в Верховной Раде.
Но как мне жаль, что Вам плевать,
Вы шли за них голосовать,
Теперь Вы с факелом идете на параде.

Что ожидает тот народ,
Живущий в алчности, как сброд,
Покорно ждущий благ от властвуйщей элиты.
Что можно ждать от сатаны,
Законов нет и нет страны,
И на Крещатике тусуются бандиты.

[Яродур Милославский-Свёкл]

<sub>Хомяки и планктон жили вместе -
Не поймешь, кто планктон, кто хомяк -
И немного просили: поесть бы,
Да семью прокормить кое-как.

Только денег в стране было мало,
Даже Папа почти голодал.
Миллиардом каким-то, бывало,
Еле-еле карман набивал.

Зависть - подлое, грязное чувство,
Поселилось оно в хомяке:
"Чтобы Папе-козлу было пусто!
Утопить бы паскуду в реке..."

И в стабильнейшей экосистеме
Иногда вдруг случается сбой.
Вон планктон забурлил в мутной пене,
И зубатый хомяк рвется в бой.

Но постойте, что это все значит?
По закону, хомяк, ты не волк!
Никогда не войдет зуб хомячий
В Папин мягкий и лакомый бок!..</sub>